Гостевая Правила Сюжет FAQ

Акции БестиарийСписок ролейВнешности

Таймлайн: июль 2018,
место событий: Мехико (Мексика).

TW: Bloody Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TW: Bloody Dawn » ЛИЧНЫЕ » When in doubt, tell the truth


When in doubt, tell the truth

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Отель Antillas в Мехико, 12//07//18


http://s5.uploads.ru/0esOT.gifhttp://s9.uploads.ru/kozSU.gif

Участники:
Кира Юкимура, Скотт МакКолл

Сюжет:
Посетив Мексику на время расследования смерти Лидии, Скотт и Стайлз поселяются в отеле эконом-класса для передышки и осознания случившегося. Кто бы мог подумать, что стук в дверь принесёт не Стилински с долгожданным обедом, а... ту, что альфа не ожидал увидеть в столь напряжённое для него и без того время.

Примерное время и погода:
день~ +27°, жарко и солнечно.

Отредактировано Scott McCall (10-04-2018 20:39:04)

+1

2

Иногда ей сняться кошмары. В голове мы часто переживаем прошлые события, отображая порой их не в самом лучшем свете. Они забываются, стираются, остаются в прошлом. Иногда кошмары помогают переосмыслить некоторые прожитые события, позволяют вздохнуть полной грудью и сказать себе: «это было, но уже больше никогда не повториться». Но сейчас ее мучили совершенно новые страхи. Ее крест, ее изгнание, наказание за силы оставило отпечаток на том, каким сейчас казался прежде любимый мир. Кире всегда нравилась ее жизнь: любящие родители, которые понимали ее с полуслова, отличная успеваемость, интересы, просто взгляд на многогранный и красочный мир, кишащий новыми открытиями и любопытными вещами. Она чувствовала себя причудливым путешественником, видящим на своем горизонте отличные перспективы. И даже когда жизнь перевернулась с ног на голову привычные вещи оставались столь же прекрасными. Просто теперь она знала намного больше многих на этой планете. Встречающиеся трудности, которые, казалось, никогда ее не сломают, загнали в ловушку. Обрекли на страх самой себя. Страх того, что кроется где-то глубоко внутри нее. И сейчас она все чаще видела кошмары о последствиях того, что пришлось обратиться в бегство. Но Кира не жалела. Ее слабость и так стала причиной долгих разлук. Пусть она была и не самой сильной картой в колоде, но кто знает, возможно, ее присутствие могло что-то изменить.
Мир, который Юкимура знала раньше, сильно изменился в ее глазах. Все стало более нужным, необходимым, желанным. Жизнь кроется в мелочах. В своем укрытии из холодного камня, в той пустынной темнице Кира часто скучала по запаху пряных булочек с прилавок, по смеху мимо пробегающих детей, по шелесту весенней листвы. Даже гул автомобилей вызывал щемящее чувство внутри груди. Она по этому сильно скучала. Хотелось вновь почувствовать на губах вкус ягодного чая, вдохнуть полной грудью аромат цветов. Два года не такой большой срок, но Кира понимала, что что-то в ней изменилось. Наверное, стоит окунуться в рутину привычной жизни, и все преграды с внешним миром спадут как кандалы. Но сейчас девушка себя чувствовала пришельцем с другой планеты, который заново изучает ранее привычные вещи.
Известие о смерти Лидии Мартин перевернуло абсолютно все. Да, многие люди могли не понимать  политику этой немного пугающей банши. Она была прямолинейна и резка, всегда держала свою планку, поддерживая определенный статус в школе. Но при этом девушка была одним из самых добрейших людей, которых Кире приходилось встречать. И пусть это часто скрывалось за красивыми нарядами и натянутым высокомерием, Лидия была одной из тех, кто принял ее в самый сложный период времени. Она стала другом, частью чего-то особенного в жизни лисицы. Такую судьбу не заслуживает никто, но Мартин особенно. И абсолютно все равно, насколько подобное мнение было несправедливо ко всему остальному миру.
Кира помнила, в какие неприятности приходилось встревать в той чудаковатой компании. Именно поэтому она была убеждена, что эта смерть произошла не случайно. Это могло быть угрозой и для всех остальных ее друзей. Раньше они не позволяли погибать друг другу. Новая проблема стала куда страшней всех остальных. Кицунэ понимала, что очередного известия о чьей-то смерти пережить бы точно не смогла.
Именно поэтому она была тут, в Мексике, шла по следам того, от которого сердце даже спустя столько времени продолжало замирать в сладостной истоме. Скотт стал наставником для многих, о заслугах Истинного Альфы говорили, и даже бывшей все это время в небытие лисице удалось узнать о их малой части. И ее пронизывала гордость. Именно благодаря всем этим разговорам брюнетке и удалось приблизиться. И чем ближе она подбиралась к информации о его местонахождении, тем сильнее чувствовала подступающее волнение. Каким он стал? Кире хотелось знать абсолютно все: как он жил, что с ним произошло, что он чувствует, думает. Она не раз представляла в голове эту встречу с некоторым страхом, но при этом непреодолимым желанием. Чувства ведь никуда и не делись. Именно Скотт МакКолл помогал справляться с удушающим страхом и желанием опустить руки. Лисица боролась ради многих людей, но он был ее главным стимулом в той бесконечной и непрекращающейся борьбой с самой собой. По его объятиям она скучала, его голос так жаждала услышать.
Хоть волнение и было большим, время перед их встречей тянулось мучительно медленно. Только поднимаясь по маленьким ступенькам отеля девушка начинала осознавать, что близка к своей цели, как никогда прежде. Узнать у персонала о молодом юноше с примечательной татуировкой на левой руке не составило труда. Кира и думать не хотела, за кого ее приняла немиловидная женщина, которая, хоть и с неохотой, но подобрала находящуюся напротив них комнату. Сейчас ее тревожили совершенно другие вещи.
И вот она сидела здесь, в соседнем номере, в паре шагов от него, не в силах подняться на ватных ногах с постели. У нее было нормального шанса справиться с разлукой. Каждый день был точно таким же, как прежний, без всяких изменений и надежды на забытье. Скотт же мог жить своей жизнью. Наверное, он и должен был жить своей жизнью. А ведь нормальные пары могут хотя бы переписываться или общаться по телефону. Лишенное чувств и телесных прикосновений черствое общение было куда лучше его полного отсутствия. И Кира боялась того, что может ждать ее за этими дверьми.
Решение принято, дверь открыта, а плотно сжатый кулачек занесен над единственным препятствием перед долгожданной встречей. Вдох. Выдох. Сердце буквально уходит в пятки, а мысли превращаются в неразборчивую ленту бессмысленных утешений.
«Давай. Ты справишься. Решение было принято не для того, чтобы струсить в последний миг. Ради Лидии».
Дерево отозвалось звонким шепотом. Но Кире этот неуверенный стук показался боем барабанов над самим ухом. Она слишком нервничала.
Как и ожидалось, дверь отворилась, показывая все того же очаровательного парнишку, покорившего ее сердце. Он возмужал, стал намного взрослее того подростка, каким она его запомнила. Собираясь толи расплакаться, толи упасть в обморок прямо тут на месте Кира наконец выдохнула.
- Привет, Скотт, - разделяя то небольшое расстояние между ними, лисица крепко обняла юношу, вкладывая, казалось бы, в этот жест все свои чувства. И запах, и тепло тела, и эти глаза – все в нем заново возрождало позабытые воспоминания. – Я так рада тебя видеть.

+1

3

С какой скоростью я должен жить, чтобы вновь встретиться с тобой?

Скотт понимал, что расследование может затянуться. Кулон с трикселионом, который был найден лучшим другом на месте преступления, а точнее уже после него, когда копы и остальные причастные органы власти обшарили каждый закуток, теперь не давал покоя. Юноша то и дело перебирал его пальцами, сидя в просторной двухместной комнате на своей заправленной постели, где они вместе со Стилински расположились на время операции под названием: соверши справедливость - накажи виновного. Он то и дело скользил пальцами по узорам, вспоминая хмурого Дерека, маньячно-настроенного Питера, маленькую и неуравновешенную Кору, которая не выходила из головы вместе со всем, что успело произойти в его отсутствие. «Может быть это был отвлекающий манёвр? Или Лидия пыталась тем самым нам что-то сказать? Может ли быть такое, что данный символ является очередной попыткой кого-то доказать, что возмездие близко?» МакКолл перебрал в свой голове массу возможных вариантов, ещё столько же тупых и абсолютно нелогичных предположений озвучил лучшему другу, который под логическое завершение тяжёлого, почти бессонного утра, всё-таки решил отправиться в ближайший магазин, чтобы прикупить им провизии и подкрепиться; после их встречи, молодые люди не могли долгое время наговориться. Скотт то и дело успокаивал Стайлза, находился рядом постоянно и позволял юноше высказываться, выговаривать всю свою накопившуюся боль и делиться ей безвозмездно, чтобы данное утягивающее, заволакивающее в свою тёмную бездну чувство не поработило рассудок, сделав вечным пленником мести и депрессии. Больше всего альфа боялся, что вечно неугомонный и энергичный мальчишка рядом с ним замкнётся, потускнеет и станет таким же бессильным, как и он когда-то, лишившийся своей первой любви Эллисон. Больше всего его беспокоил взгляд внимательных, карих глаз, направленный на бесконечные поиски в интернете и в базе агентов ФБР всего, что могло так или иначе быть связано с такой кровожадной, и беспощадной смерти Лидии Мартин. «Сколько помню тебя, Лидия, ты всегда любила звёздных мальчиков и негативно оценивала таких неудачников, как мы со Стилински, вечно плетущиеся в самом конце из группы успешных, заметных подростков Бикон Хиллс.» Но Стайлз не замкнулся. Не перестал разговаривать, а стал лишь мрачнее, скрывая от всех слёзы, позволяя лишь лучшему другу детства видеть его слабости, когда губы в немом порыве что-то сказать лишь разжимаются, а срывается в окружающее пространство лишь всхлип: та самая, короткая симфония отречения, бессилия, изнеможения, потому что случившееся отнимает силы, заставляет сознание воспалительно напрягаться и искать причины того самого, что заставили рыжую сорваться с места к чёрту на рога в прямом смысле слова, чтобы отыскать свою стаю, или передать послание. «Банши способны видеть мёртвых, способны разговаривать с ними на одном известном им языке. Но почему я не могу услышать подсказку от тебя, Лидия?» Пальцы сжимают в ладони браслет, найденный на месте преступления, и оборотень откладывает данное на прикроватную тумбочку, вновь возвращаясь к личным вещам, что Стилински водрузил на комод, среди горы которых, естественно, был тот злополучный пакет с фотографиями найденной жертвы. «Чёрт, как же мне опередить саму неизвестность прежде, чем кто-нибудь ещё погибнет...» Настенные часы отбивали свой ритм слишком настойчиво и громко. Скотт зажмурился, стараясь абстрагироваться от лишних звуков, чтобы сконцентрироваться на ощущениях внутри себя: ему было болезненно до самого своего основания и всё ещё невероятно неудобно перед тем, кого он подвёл. Уехал вместе с Крисом путешествовать, оставив свою стаю, сбежав от Монро и её последователей, просто поставил для себя железную цель сделать стаю шире, влиятельность больше, помочь всем нуждающимся обрести покой и чувство защищённости. «В попытках помочь всему миру я забыл самое главное: оберегать дорогих мне людей, семью.» Разглядывая фотографии истерзанной жертвы, на талии которой были рваны следы, точь в точь такие, как оставляет оборотень, если решает напасть, парень пытался вычленить для себя главное, но в самый последний момент картинки перед глазами начинали плыть, превращаясь в единое, кровавое месиво и Скотт вздрагивал, возвращая вещественные доказательства на своё место, поближе к взгромождённой, дорожной сумке Стилински, чтобы вновь присесть на край кровати, устало проведя ладонью по короткому ёжику волосу. Было жарко. Каждое утро начиналось с удушающего солнца, которое вынуждало каждый раз поплотнее задёргивать тёмно-зелёные шторы и каждый раз натягивать на себя футболку без рукавов и джинсовые шорты чуть выше колена, чтобы окончательно не свариться с этим разительно отличающимся климатом от Бикон Хиллс. Стрелки часов продолжали издевательски отмерять время, набатом звуча в чутких ушах, и спасительным стал лишь стук в дверь, вынуждая МакКолла прервать созерцания циферблата и подорваться с кровати, открывая дверь, при этом даже не задумываясь о том, что за её обратной стороной может быть далеко не лучший друг.
— Стайлз, ты опять забыл что-ли забыл клю... — дверь распахнулась так же быстро, как и расширились от удивления глаза. Только вот на пороге мотельского номера оказался далеко не Стилински с обещанной провизией и хвалёными Чилакилес, что являлся традиционным завтраком в здешних местах, который состоит из слегка поджаренной кукурузной лепешки - тортильи, порезанной на 4 части, политой зеленым или красным соусом сальса. Перед ним словно призрак прошлого, появилась Кира, сумбурно сокращая расстояние между ними, мигом заключая в объятия, которых МакКолл, признаться честно, совсем не ожидал. От чего руки не сразу поднялись в автоматическом жесте, продолжая безвольными плетями, словно тряпичные, свисать вдоль тела, пока тепло лисицы обожгло сознание, вынуждая очнуться от оцепенения в самый момент, когда она заговорила, разрывая связь с начавшимся было космосом. «Может у меня галлюцинации начались от этой круглосуточной, мексиканской жары?» Смотря застекленелым от удивления взглядом перед собой, в аккурат над темноволосой макушкой Юкимуры, парень нашёл в себе силы скользнуть ладонями по хрупким плечам, убеждая себя, что ему всё же это не снится в ожидании завтрака от Стилински, а девушка настоящая, стоит перед ним, каким-то чудом найдя адрес его временного пристанища. Как только объятия, пусть и запоздало, но стали ответными и Скотт прикрыл глаза, ощутив резко, почти под дых, то самое неприятное чувство сравнения с объятиями Малии, которые были совсем другими, какими-то обречёнными на фоне происходивших событий, парень не сразу понял, как действует на автомате, отодвигая от себя рывком явившуюся гостью. Просто чтобы в последующий момент выпалить не задумываясь, как это обычно бывает у Скотта, когда он нервничает или ошарашен...
— Кира? Что ты здесь делаешь?! — запоздало осознавая, что озвученное, совсем не наигранное восклицание не в тему, МакКолл запинается, делая чуть шаг в сторону, как бы приглашая гостью войти в скромный номер.
— То есть я не это имел ввиду! Как ты... меня нашла? — нелепость момента сменилась какой-то странной, растерянной улыбкой и парень жестом приглашает её войти, чтобы закрыть за собой плотно дверь, всё ещё не веря, что это происходит именно с ним. Здесь и сейчас. В Мексике.
— Тебя перевёртыши отпустили из своего обучающего заточения? Или ты закончила курс молодого борца? — МакКолл чувствует, как внутри при пересечении взглядов всё сворачивается в тугой комок противоречий. Вот же она: стоит, скромно подбирая ответные слова, и он, как кретин, начавший трепаться без умолку. «С ней всё в порядке... Как же я рад!» Если честно, то брюнет не ожидал увидеть лисицу в ближайшее время. Девушка явно дала понять своим решением, что её тренировки будут долгими и изнуряющими, что такое отшельничество пойдёт ей на пользу. И понимает, что улыбаться не может. Улыбаются только карие глаза, пристально смотрящие на девушку, словно он пытался воссоздать тот образ, который когда-то давно целовал с упоением под проливным дождём, встречая свою забытую, давно потерянную романтику. «Она же ведь ничего не знает... ещё.» Закралась мысль опосля, когда их взгляды вновь нашли друга и застыли. Каждому понадобилось немного времени, чтобы привыкнуть, прочувствовать эту встречу кожей, слыша, как потрескивает воздух и звенит от пробудившегося напряжения, смешанного волнения и искрящейся радости после стольких дней разлуки.

Отредактировано Scott McCall (11-04-2018 22:09:35)

+1

4

Кира не раз мечтала об этой встрече. В самые страшные из ночей, когда тело изнывало от новых боевых ран, и сон никак не мог помочь избавиться от мучений, она спасалась подобными надеждами. И иногда это сильно помогало. К счастью, или же нет, память редко ее подводила, именно поэтому зачастую девушка могла вспомнить необходимые вещи в мельчайших подробностях. И каждый раз она вспоминала о разном. Иногда это были крепкие и надежные объятия матери, которая хоть и скрыла от нее много важных вещей, но не прекращала окружать своей неповторимой любовью, с которой не сравниться не одно существующее на земле чувство. Были времена, когда Юкимура старалась в мельчайших подробностях вспомнить разговоры с любимым отцом. Он был намного мягче Ношики, а потому с ним всегда было легче. Папа знал, что сказать, как отвлечь от дурных мыслей, мог дать стоящий совет. Для девочки это крайне странно, но Кира могла с полной уверенностью доверить ему тайны и о сердечных делах, и о школьных провалах с одинаковой открытостью. И хоть кицунэ она стала  по наследству от матери, ее смело можно было назвать папиной дочкой. Но в тихие темные дни ее мысли посещали не только родители. Она часто тешила себя воспоминаниями о друзьях, о неповторимой поддержке. Причудливые странности выделяли их среди толпы всех остальных подростков. Сплоченная общими тайными и проблемами компания была по-настоящему удивительна. Кира не редко благодарила судьбу за возможность обрести таких друзей. Не каждому выпадает такой подарок. Отчасти она сражалась с самой собой не только ради себя, но и ради всех них. Ради очаровательного и гениального Стайлза, ради смелой и сильной духом Лидии, ради дикой, но самоотверженной Малии, даже ради Айзека и Дерека, которых она знала совсем немного. И большим стимулом был Скотт, чья доброта и открытое сердце навсегда отпечатались в ней необъятной теплотой и любовью.
И вот сейчас Кира стояла тут, но это было совсем не похоже на то, что она представляла. Девушка не знала, хорошо это или плохо. Все просто казалось странным. Она скучала по Скотту, почувствовав пусть и немного запоздалые, но такие теплые ответные объятия, девушка вдруг ощутила сильную грусть. Сколько всего она пропустила. Сколько времени нещадно и бесполезно утекло, как сквозь пальцы вода. Все изменилось. Менялся мир, менялись друзья, менялся Скотт, менялась она. И пусть Кира все еще чувствовала сильное притяжение к очаровательному оборотню, удивление которого вызывало внутреннюю улыбку, было непонятно, как изменились их отношения. Как поменялось все вокруг.
Прежде, чем что либо отвечать, Юкимура вошла внутрь комнаты. Она была очень похожа на номер, который дали ей, за исключением того, что здесь было на кровать больше. «Стайлз? Наверное, и спустя столько времени так же неразлучны». Другого человека рядом со Скоттом Кира представить и не могла. Их дружба и тогда и сейчас вызывала в девушке не поддельное чувство восхищения. Именно поэтому только мозг их старой компании был единственным возможным, по мнению кицунэ, соседом МакКолла в данной ситуации.
- Я узнала про Лидию и не могла не приехать, - улыбка тут же соскользнула с губ, а в глазах мелькнули печаль и едва заметное сочувствие. – Мне сразу показалось, что происходит что-то плохое.
«Это самое отличное, что ты могла придумать, Кира», - хотелось провалиться сквозь землю от уровня бестактности и глупости, которую она несла.
- В смысле это само по себе ужасно, - поправила себя девушка, и поспешно продолжила: - Я поняла, что не прощу себя, если не отправлюсь на помощь. Ты за последнее время стал весьма популярен среди многих, поэтому, считай, сам мне помог себя найти, - она улыбнулась, но с нескрываемой грустью.
На самом деле в данной ситуации было сложно понять что-то определенное в этом вихре оглушающих чувств. Она искренне тосковала из-за смерти Лидии, чувствуя в некотором роде и свою вину, но в тоже время ее не покидало непреодолимое облегчение и счастье из-за долгожданной встречи. Все это образовывало страшный ком, который готов был взорваться где-то глубоко внутри груди. Плакать или смеяться? Скорбеть или радоваться? Чувствовать все одновременно было неимоверно сложно.
Следующий же вопрос заставил Киру задуматься. Она определенно поступила неправильно, решив сломя голову все бросить и отправиться в путь. Но поступи она иначе, это бы не дало ей спокойно находиться в компании перевертышей и продолжать это злополучное обучение. Для себя девушка решила, что иного развития событий быть просто не могло. Но поймет ли ее Скотт? Какую это вызовет реакцию? Из-за срывов она натворила немало бед, посягнув на невинные жизни хороших ребят, которых внутреннее эго считало монстрами. Сейчас лисица не чувствовала той ненависти и непреодолимого желания сражаться, но что если это было временным явлением? А вдруг она снова сорвется? Опасения и страхи и вызывали сомнения по поводу изложения правды. Между ними никогда не было секретов, поэтому Кира решила быть откровенной и на этот раз.
- Я сбежала, - на выдохе произнесла Юкимура, с никуда не исчезающим волнением. – Я знаю, возможно, это не правильно, но сейчас чувствую себя вполне обычно. Мысль о том, что вы окажетесь в беде, а меня не будет рядом, свела бы с ума, - честно призналась девушка, сама не замечая того, что начала тараторить. Как всегда это происходила из-за того, что лисица нервничала.
Вся ситуация в целом была крайне напряженной. Кира так и стояла посреди комнаты, крепко сжимая свои руки и не отводя взгляда от Скотта. Ей было важно его мнение. И больше всего девушка боялась услышать в голосе нотки возмущения или осуждения. Юкимура никогда не любила напрашиваться, а сейчас казалось, что именно это она и делала. Без весточки, без предупреждения кицунэ вторглась жизнь продолжающего двигаться дальше МакКолла. Ее так же не покидало и ощущение того, что в тот трудный момент она бросила и его, и друзей. Да, в этом была особая необходимость, но может более сильный человек справился с трудностями куда лучше, прошел ту злополучную проверку и перестал быть угрозой для окружающих. Только вот Кира стала слабым звеном, и ее это сильно тревожило, вызывая непреодолимое чувство вины.
- Я не могла быть полезной раньше, но может у меня получиться помочь сейчас, - «хотя бы чем-то».

+1


Вы здесь » TW: Bloody Dawn » ЛИЧНЫЕ » When in doubt, tell the truth


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC