Стайлз:
генератор идей
и вдохновитель
женских сердец.

Рахиль:
дизайнер и креатив
проекта с мешочком
головокружительных идей.
Сын Араи. Брейден удивленно вскидывает брови: не то чтобы она никогда не слышала о нем прежде, но отсутствие того у руля власти кланом или хотя бы поблизости от него говорит либо о том, что вопрос преемственности при живом лидере не обсуждается вообще, либо рискует быть нарушенным по причине... некомпетентности наследника. Даже если он единственный, кто остался в живых...
- Это ты подстроил, чтобы Лиам стал Альфой?! Не ври мне!!! - он прижимает Тео локтевой костью и давит изо всех своих слабеньких сил, словно это могло помочь выбить ответ из химеры.
- Если я и виноват в чем-то, так только в том, что не успел вовремя оттащить Лиама от Альфы. Все. А в том, что Альфу выпотрошили, как какого-то барана, моей вины нет.

TW: Bloody Dawn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TW: Bloody Dawn » ЗАВЕРШЕННЫЕ » Might as well be rain


Might as well be rain

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Мексика, полицейский участок, 06//07//18


http://funkyimg.com/i/2DQLv.gif http://funkyimg.com/i/2DQLu.gif

Участники:
Рахиль, Стайлз

Сюжет:
Стайлз не может сидеть на месте, когда речь заходит о его близких. Поэтому, он отправляется в полицейский участок раньше остальных, посмотреть на улики без сокрытия. Но разве может что-то уйти от взора Рахиль, что обосновалась именно там?

Примерное время:
~11 утра, +31 солнечно

+1

2

Альфа уже около месяца вживается в роль Элизабет, и её явно радуют собственные успехи. То, что отказывается рассказывать настоящая Лиз, запертая в подвале своего же дома, жрица пытается узнать как-то ещё: из её вещей, бумаг, ноутбука или при помощи своего беты, по совместительству агента ФБР. Она уже изучила многое, хотя ото всех этих знаний, которые была вынуждена впитать за столь короткий срок, голова буквально вскипает. Могла ли Рахиль когда-то представить, что притворяться придётся служителем порядка?
Она усмехается, останавливаясь напротив ступеней, ведущих в полицейский участок. Накануне альфе понадобилось вновь связаться с Гэбриэлом, чтобы он, в свою очередь, договорился о переводе Элизабет Кларк в мексиканский участок. Созваниваться с «коллегами» самой – это опасно. Одна ошибка, одна мелочь, которой Рахиль даже не придаст значения, и её раскусят. Она ещё не готова лицом к лицу столкнуться с теми, кто знаком детективу слишком давно.
Чихуатетео перекидывает за плечи свои длинные шоколадные волосы и делает шаг на первую ступеньку. Оттуда всё выше и выше, пока ни распахивает дверь участка да проходит внутрь. Здесь Рахиль встречают толком незнакомые стены, люди и разговоры. Это и неудивительно: в то время, когда женщина последний раз ступала по мексиканской земле, и в помине не было полиции. А за последние полгода, что свободна, пусть она и нарушала закон, ещё не попадалась. Иначе бы сейчас стояла не по эту сторону, притворяясь детективом, а была заперта за решёткой. Впрочем, какие-то прутики и значок не смогли бы запугать и, тем более, подчинить Рахиль.
Она вновь усмехается и, выловив взглядом высокий стол, за которым сидит девушка в голубой рубашке, направляется именно туда. Останавливается в шаге от незнакомки и вопросительно приподнимает брови в ответ, когда то ли патрульный, то ли ещё какая-то законопослушная «шишка» выжидающе смотрит на жрицу, чуть ли ни прожигает её своим любопытным взглядом.
Элизабет Кларк, – уже привычно уверенно и спокойно представляется чужим именем. – Меня перевели к вам вчера, – напоминает Рахиль, опуская на стол «своё» удостоверение детектива, и когда сидящая напротив убеждается, кого видит перед собой, указывает в сторону двери, ведущей вглубь здания. – На днях нашли тело американки в одном из переулков. Я бы хотела взглянуть на улики по этому делу, – альфа убирает удостоверение обратно в карман пиджака и, обходя стол, бросает незнакомке перед тем, как скрыться за поворотом. Она уже знает, куда нужно идти, но понятия не имеет, что найдёт в нужной комнатушке.
Была ли Рахиль столь неосторожна, чтобы оставить рядом с обескровленным телом Лидии что-то, что бы смогло привести к ней? Надеется, что нет. Верит, что нет. Но всё равно должна проверить. Альфе совершенно не нравится чувствовать себя мишенью и опасаться, что «прикрытие» рухнет в любой момент. Весь этот участок, все копы, что собраны в нём – ничто для Рахиль. Ей не составит труда разобраться с каждым, но нужно ли это женщине? Привлечь к себе столько внимания, и чего ради? Чтобы не угодить за решётку? Смешно.

+2

3

С того самого дня, как  Стайлз узнал о гибели Лидии, ему не удавалось сомкнуть глаз. Не только потому, что он пытался навести справки привычным ему способом, а потому, что им снова овладело чувство вины, как тогда, когда из-за него, а точнее Ногицунэ, погибла Эллисон. Конечно, со временем ему удалось внушить себе, что виноват именно злой дух, но ведь факт оставался фактом. Теперь же он вновь столкнулся с этой проблемой. Когда Стайлз уезжал из Бикон Хиллс, то искренне верил, что получив должное образование и работу, сможет защищать и находить тех, кому требуется помощь со сверхъестественными существами. Верил, что с его друзьями больше ничего не случится и они смогут защитить себя, ведь за эти годы все они стали сильнее духовно и физически. И в его голову уж точно не приходило, что первой жертвой их стаи может стать Лидия, та, что зачастую раньше всех узнавала о том, что должно случиться нечто ужасное или уже случилось. Так почему она не смогла защитить себя? С кем на этот раз столкнулась Лидия, что не смогла ничего сделать? И эти медицинские факты обескровленном теле... Какое существо питается кровью в таких количествах? Сериалы, фильмы и разные статьи в интернете говорили ему о вампирах и упырях, но он помнил слова Дитона о том, что таких тварей не существует и это лишь выдумка самих людей. Но что если это правда? От не знания и собственного бессилия совесть начинала зудеть в его голове ещё сильнее.

С каждым днём Стайлз выглядел хуже и хуже, заставляя беспокоиться ребят, что прибыли вместе с ним. Но что они могут? Они даже не знали его девушку лично, а впутывать их, тем более Дженнифер, стало ещё опаснее. Он просто не выдержит, если ещё кто-то погибнет по его вине. Поэтому, не дожидаясь запланированной встречи на два часа, он берет своё удостоверение студента и отправляется прямиком в участок. Он должен увидеть то, что скрыто за стенами помещения с многочисленными уликами, пока их не успели скрыть, спрятать или уничтожить. Вряд ли убийца захочет оставить следы, которые могут привести к нему. Поэтому, добравшись в участок, Стайлз на проходной показывает своё удостоверение, которое им выдали для стажировки в участке.

- Мне не терпится помочь нашим латиноамериканским братьям в свершении правосудия, поэтому я пришёл раньше остальных. О, нет, я не буду требовать отпустить меня пораньше из-за этого. Я хочу провести здесь как можно больше времени! - тараторит Стайлз, когда девушка тщательно рассматривает фото и его самого, самодовольно хмыкая и сообщая ему, чтобы сильно не надеялся и что на место преступления новичков не берут. - Они просто не знакомы со Стилински! - отвечает ей Стайлз, забирая удостоверение и спешно удаляясь с проходной, пока женщина не передумала.

Этот участок не был ему знаком, но практика показывала, что все помещения с уликами находятся где-то внутри здания и подальше от входа, поэтому Стайлз старался забрести как можно дальше, не забывая здороваться с проходящими копами, дабы не вызывать к себе внимания. Свой бейдж же он повесил на шею, чтобы лишний раз не останавливаться и не терять времени. Мало ли кого он мог встретить в самой комнате с уликами. Наконец, перед его глазами всплыла нужная ему дверь с табличкой, возле которой он затормозил так резко, что чуть не потерял равновесие и не упал. - Всё нормально, нормально. - оглядывается по сторонам, принимая насмешки проходящих мимо копов и, когда в коридоре стало на минуточку пусто, заходит внутрь помещения. Как хорошо, что Мексика немного отсталая страна и у них до сих пор нет ключей карт. Подмечает про себя Стайлз, обходя стойки с заваленными на них уликами. - Дааа, кажется будто здесь тысячу лет не наводили порядок. - удивлен, но не менее возбужден при этом. Оставалось надеяться, что сортировка улик была такой же, как и в Штатах - по датам. Подойдя ближе к одной из многочисленных стоек, что была далеко от двери, он достал сверток, с пометкой на нём. - Альваро Колантес... - подносит упаковку чуть ближе, так как надпись успела стать тусклой. - двадцать шестое ноября две тысяча шестого года... Нет, мне явно ещё дальше. - он закидывает сверток обратно на место, не желая тратить своего времени и проходит ещё дальше. Внимание его привлекает стол, на котором были разбросаны прозрачные пакеты с содержимым разного рода. Эти пакеты отличались от тех, в которых лежали другие улики, будто их оставили для кого-то или же ещё не расфасовали. Подойдя ближе, он замечает, что надписи на них куда свежее и не успели выцвести, а взяв один из пакетов руки, убеждается, что улика за этот год прошлый месяц. Бинго. Быстро перебирая руками по столу, стараясь разместить все улики так, чтобы было видна дата, ему попадается несколько улик с датой смерти Лидии. Теперь остальное не умеет значения. Он берет каждый из них, внимательно читая на каком месте преступления тот был найден и, когда берет в руки третий пакет, буквально застывает на месте. Дыхание и пульс учащается, ведь он узнает то, что лежит в этом самом пакетике с злосчастной датой и именем жертвы. - Кора?! - у Стайлза отличная память на мелочи и он прекрасно помнит браслет с трескалионом, который сейчас лежал в пакете для улик. Не желая верить своим глазам, он делает несколько шагов от стола и упирается спиной к стойке сзади, а затем съезжает по ней спиной. - От неё много лет не было вестей, но что она забыла в Мексике?! Нет, тут что-то не так. Она не могла убить её, это же Лидия! Это же Кора. Нет, она могла. - переговаривается сам с собой Стайлз, не в силах оторвать взгляда от своей находки и вообще пошевелиться.

+2

4

Ещё вчера, впервые оказавшись в полицейском участке, Рахиль приметила дверь, прямоугольная табличка на которой гласила «almacén de evidencia» – склад улик. Тогда поддаваться любопытству и заходить было слишком рано. Да и сейчас, на самом деле, не стоило проявлять излишний интерес к гибели Мартин, но жрица бы не смогла ещё день просидеть на неудобном стуле, перебирая какие-то бессмысленные и едва ли понятные ей бумажки. Нужно было действовать. Именно за этим женщина здесь.
Она останавливается и отворачивается от заветной двери, чтобы осмотреться кругом: каждый здесь занят своим делом, и Рахиль, на поясе которой красуются значок с табельным оружием, никто не придаёт особого значения. Для мнимых коллег в ней нет ничего примечательного или опасного, хотя альфа не может это принять. Около трёх минут она внимательно изучает походку, жесты, движения и лица местных копов. Ждёт подвоха от каждого. Не удивится, если кто-то из них вот-вот остановится, развернётся и направит на Рахиль свой пистолет.
Глубокий вдох. Ничего страшного не происходит, и она старается отогнать свою паранойю. Наконец, делает первый шаг в сторону склада и сама не замечает, как распахивает деревянную дверь. Обширное помещение встречает «детектива» полумраком. Она нащупывает второй выключатель, накрывает его всей ладонью, и склад озаряется светом. В конце концов, жрица здесь официально. У неё нет причин скрывать своё присутствие и действовать осторожно.
Она проходит вдоль стоек и полок, заполненных как коробками, так и одинокими пакетами. Гэбриэл объяснял альфе, по какому принципу распределяются улики на складе, но она, честно говоря, мало что поняла. Наверняка помнит одно: в самом начале старые дела. Поэтому Рахиль нужно вглубь зала. Она минует несколько полок и поворотов, проводит по некоторым из них, смахивая внушительный слой пыли и вчитываясь в обозначения, наклеенные на деревянные углы. Это римские цифры, означающие как год, так и месяц, в котором проводилось расследование. Чихуатетео ищет нужные ей – шесть или две тысячи восемнадцать.
Она останавливается в нескольких шагах от очередного поворота и опускает взгляд к полу. Именно там хаотично вытанцовывает чья-то тень, что может означать лишь одно: за поворотом кто-то есть. И оттого, что Рахиль не представляет, кого именно встретит, тянется к пистолету на поясе. Оружие она не достаёт, но крепко сжимает в пальцах. На всякий случай.
Медленно женщина приближается, чтобы не выдать себя стуком каблуков по кафельному полу, и выходит из-за угла уже готовая достать оружие из-за пояса, когда понимает, что перед ней… Просто подросток? Рахиль усмехается.
Полицейский участок мало похож на музей, не правда ли? – она щурится, всматриваясь в юного паренька, который не просто каким-то образом забрёл на склад улик. Он успел порыться в них, о чём свидетельствуют небрежно раскиданные по столу пакеты и один сброшенный на пол. – Не думаю, что здесь проводят экскурсии для школьников или студентов, – продолжает жрица, наконец, оставляя в покое свой пистолет и поправляя пиджак. – Нашли что-то, к чему не были готовы? – интересуется, делая два шага по направлению к незнакомцу. Рахиль видит его растерянность и, наверное, даже ужас в глазах, но явно не станет утешать и обнимать паренька. Максимум, что она может предложить – это стакан воды и таблетку успокоительного, и то их ещё нужно где-то найти.
Куда важнее женщине понять, что незваный гость здесь забыл. Она останавливается напротив стола и поднимает с пола прозрачный пакет. «Дело №400276. Улика №3. Серебряный браслет, найден в кармане Лидии Мартин», читает с небольшой бумажки, вложенной внутрь.
Мартин… – шипит себе под нос Рахиль. Так вот чья смерть заинтересовала незнакомца, осевшего на пол, но почему? Альфа оборачивается, недобро сверкнув глазами. Она не предполагала, что в это расследование ввяжется кто-то ещё кроме Гэбриэля. Точнее знала, конечно, что трупом американки заинтересуются и в Мексике, и её семья из Штатов, если таковая есть, но не какой-то местный (или нет) паренёк. Кто он вообще такой?
Рахиль замечает, что с его шеи свисает бейдж. «Стайлз Стилински, стажёр ФБР», читает чихуатетео, и едва ли ей это нравится. Кажется, бета ей говорил, что прибудет в Мексику не один, но жрица не придала этому особого значения.  Не бояться же ей студентов. Она и вовсе надеялась, что столкнётся с тремя послушными ребятишками, которые ни на шаг не отойдут от агента Вона, и не доставят проблем остальным. Но, судя по тому, что видит сейчас, не стоило относиться к факту их нахождения в участке настолько беспечно.
Хэй, – начинает Рахиль смягчившимся голосом, – ты вообще в порядке? – интересуется, опустившись на корточки. Она знает точно, что браслет, пакет с которым сейчас держит в руке – чужой. И это вселяет уверенности. Альфе всё ещё не стоит бояться разоблачения. Возможно, даже удастся пустить расследование по ложному следу. – Ты… Уже видел эту вещицу? – женщина склоняет голову набок и опускает ладонь, свободную от улики, Стайлзу на плечо. У неё совсем немного объяснений тому, почему этот парень сейчас выглядит таким напуганным. Поблизости нет никаких страшных улик или самого тела, так что же на него так повлияло? Один из вариантов – Стайлз действительно узнал этот браслет.
Рахиль помнит светлые и хрупкие ручки, которыми Лидия пыталась отбиться от нападения. На одном из её запястий был браслет, но не такой. И какой человек в здравом уме будет носить собственное украшение не на себе, а в кармане?
Пойдём, тебе не помешает стакан воды, – предлагает, откидывая пакет обратно на стол. Альфа выпрямляется и протягивает ладонь Стайлзу, предлагая пойти с ней. Параллельно она посматривает на сам стол, старается успеть изучить оставшиеся улики. Кажется, там нет ничего, что бы смогло привести к Рахиль. На её губах возникает улыбка. Поначалу победная, но жрице достаточно двух секунд, чтобы опомниться и вновь взглянуть на Стайлза с притворным сочувствием.
Я Элизабет. Детектив Элизабет Кларк, – представляется, отступая от юноши. – Агент Вон тоже в участке? – и хотя Рахиль знает, что нет, ведь иначе бы бета сообщил об обратном и показался сам, спросить ей приходится. Всё, что об агенте может знать настоящая Лиз – его имя и «статус». Им ещё предстоит познакомиться официально. – Я не скажу, что его подопечные самостоятельно исследуют улики, если ты пообещаешь больше никуда не проникать без разрешения, хорошо? А теперь поднимайся, здесь чертовски холодные полы. Ты же не хочешь пропустить всё расследование, пролежав посреди жаркой Мексики в кровати с температурой? – альфа всё ещё улыбается и ждёт ответа стажёра. Не так она представляла себе утро в полицейском участке и исследование улик по делу Лидии Мартин, но всё могло быть ещё хуже. К тому же, Рахиль успела убедиться, что против неё здесь ничего нет.

+2

5

Стайлз никак не мог собрать свои мысли воедино. Все факты, которые ему хоть немного удалось узнать, противоречили друг другу, будто кто-то пытался намеренно запутать свои следы и отвести их от себя. Труп полностью без крови, браслет Коры, Мексика... Что вообще могло связывать все эти три вещи с Лидией? Он не мог найти связывающее звено и, от злости на самого себя и на происходящее, кидает пакетик с браслетом подальше от себя. До того, как он сюда приехал, был полон надежд и уверенности, что сможет распутать этот клубок, а теперь и вовсе сомневался, что сможет что-то сделать. Минутная слабость, из-за которой он не слышит, как в помещение заходит кто-то ещё. Опомнился Стайлз лишь тогда, когда этот кто-то остановился за стенкой, но что-то предпринимать было уже поздно. Обеспокоенный взгляд скользнул на лежащее вещественное доказательство и чертыхаясь про себя, он перевел взгляд на стол с другими уликами. Так близко, но так далеко. Парнишка понимает, что не успеет даже взять браслет и положить к себе в карман до того, как этот кто-то осмелится явить себя. Поэтому ему ничего не остается, кроме как не двигаться с места и импровизировать на ходу. Ждать приходится не долго и перед ним показывается женщина, возрастом около тридцати и роскошными шоколадными волосами. Стайлз смотрит на неё из-под лобья, не желая выдавать себя и всячески сдерживается, чтобы не смотреть на лежащий пакет с браслетом, надеясь, что она не заметит его. Он подмечает в ней каждую мелочь: её тембр голоса, насмешку, рост, одежду, оружие и... полицейский значок. Отлично. Не хватало ещё попасться за кражу улик. Похоже я совсем растерял свою сноровку. Негодует про себя Стилински, пока женщина говорит об участке. Когда же звучит заветный вопрос, он поднимает свой открытый взгляд и поджимает нижнюю губу, отрицательно качая головой. Ну, конечно, нашел! Он не знает её и не знает можно ли ей вообще доверять, поэтому лучше держать язык за зубами и не говорить ей ничего. Стайлз не имел ничего против самого копа, но в лучшие друзья записываться точно не собирался, по крайней мере сейчас и при таких обстоятельствах. Он закусывает нижнюю губу и щурит глаза, когда незнакомка всё же замечает пакет и поднимает его. Теперь точно всё пропало. Кажется, он обречен на провал и здесь, но сдаваться было пока ещё рано. Выжидающе всматриваясь в женщину, он так и не шевельнулся, а когда она опускается к нему на корточки с вопросом, быстро кивает головой.

- Да, мэм... мисс... миссис... я в полном порядке. - тараторит Стайлз, не зная, как лучше подобрать обращение к ней, вдруг в Мексике обращались иначе? Да и он не заметил на её руке обручального кольца, значит последний вариант "миссис" можно было отмести. Сейчас было главной его задачей - запутать её, уболтать и отвести отсюда подальше. Надо только выждать подходящий момент, а пока пусть лидером диалога будет она сама. - Нет, не видел, вообще не обращаю внимания на женские побрякушки, знаете, я больше по мужским вещам. Ну там галстуки, джипы, биты... - он замолкает, понимания, что последнее вот вообще не стоило говорить. У него есть к ней вопросы, но пока он не готов их задать, слишком напряженной была обстановка к тому же её фраза об их смотрящем насторожила его в разы. - А я... Нет, я здесь один. Не терпелось приступить к своим обязанностям, это ведь так интересно! А, да, я Стайлз Стилински, буду здесь проходить стажировку. - наигранно улыбается и вместе с этими словами поднимается на ноги, отряхивая пыль с брюк. - Нет, не хочу. Но я не расследовал улики, разве может стажер делать это самостоятельно? Конечно, нет. А я законопослушный, ага. - вновь тараторит Стайлз, всем видом показывая абсурдность её слов, но её идея покинуть это помещение его радует. Пропуская Элизабет вперед, показывая это жестом, он дожидается, когда та пройдет чуть вперед и специально сметает со стола пакеты с уликами. - Я такой неуклюжий! Извиняюсь, сейчас всё уберу! - единственный способ, пришедший в его светлую голову. Собирая пакеты с уликами в кучу, дабы было удобнее взять и положить на стол, он краем глаза ждет, когда Элизабет отвлечется, а потом ловко засовывает пакетик с браслетом себе в туфли, а остальное берет обеими руками, поднимая с пола, и кладёт их обратно на стол. Чуть разбрасывая, прицениваясь, чтобы выглядело так, будто он ничего не трогал. - Всё, ещё раз извиняюсь. - его лицо буквально засияло, а на лице появилась довольная улыбка. Он надеялся, что она не станет проверять улики, и, чтобы этого не произошло, идёт в сторону выхода, буквально заставляя её выйти первой - проход был узким, чтобы идти двоим рядом. - А вы знакомы с Пятницей? В смысле с агентом Воном? - с долей сомнения опомнился Стайлз. Было немного странно, что она о нём сообщила. На сколько было известно Стайлзу, сам агент не ходил ещё в полицейский участок, потому что Стилински неоднократно просился пойти с ним и пойти раньше намеченного дня, но тот лишь сказал, что с дороги следует отдохнуть. А на практике жизни в Бикон Хиллс он знал, что ФБР наведывается неожиданно и уж тем более не ставит местные участки в известность, дабы взять их тепленькими. Так откуда она могла знать об агенте? О том, что именно он приехал с ними в Мексику? Это было, как минимум, подозрительно.

+1

6

Мэм… Мисс… Миссис… – всё сильнее Рахиль хмурится с каждым новым словом парнишки. Его затянувшиеся и явно неудавшиеся попытки заменить ещё неизвестное имя хоть на какое-то обращение жрица и могла бы списать на растерянность да испуг, но что ей даст это? От этих «мэм» и «миссис» хочется махнуть рукой на прикрытие, хорошенько так накричать на Стайлза или даже пополнить список своих обескровленных жертв. Ни одной женщине не понравится, когда ей напоминают про возраст, а той, что тысячу лет провела в мистической плену – тем более.
Элизабет. Просто Элизабет, – Рахиль необходима недолгая пауза, чтобы привести в порядок мысли и эмоции, и только потом она заговаривает. Старается не повышать голоса, хотя прищуренный взгляд и сжатые в кулак пальцы выдают истинное состояние женщины. – Или же мисс, – усмехаясь, добавляет она. Желание ощутить себя чуть моложе не заставит Рахиль позволить незнакомцу забыть о том, с кем именно он говорит. Или думает, что говорит.
То есть, по-твоему, женщины не пользуются галстуками, джипами и битами? – приподнимая брови, интересуется альфа. Она понимает, что Стайлз что-то скрывает: его выдают излишняя суетливость и нотки волнения в голосе. Но решает, что лучше позже переговорит с Гэбриэлом и выяснит всё, что нужно. Ни к чему сейчас устраивать допрос подростку напротив. – Знаешь, я сама вожу джип, – Рахиль склоняет голову набок и улыбается Стайлзу. Честно говоря, она ещё не привыкла до конца к современным средствам передвижения, но в гараже Элизабет Кларк уже давно стоит стоит синий джип с небольшим кузовом, в который при желании может поместиться несколько обескровленных тел.
И что же тогда ты делал на складе с уликами, Стайлз Стилински? – на губах чихуатетео до сих пор слабая улыбка, которая, ещё немного, и сменится на оскал. Она совершенно не рада найти в этом помещении свидетеля, помешавшего собственноручно исследовать улики с места преступления. Кроме того, этот стажёр и сам пытался что-то понять да разузнать. Другого объяснения у Рахиль нет, и оно, на самом деле, не нужно. Уж лучше женщина оставит подозрения при себе и будет внимательно следить за Стайлзом, чем расслабится и позволит поймать себя на какой-то мелочи.
Жрица разворачивается и неспешным шагом направляется к двери, из которой вышла совсем недавно. Слышит, как за спиной раздаётся шум: это упали прозрачные пакеты с уликами. Рахиль выдыхает и оборачивается, задерживает на стажёре взгляд всего на пару секунд и вновь отворачивается. Будь она настоящим детективом, повела бы себя иначе, но альфе сейчас всё равно, для чего Стайлз провернул этот трюк. Она знает, что рядом с телом Лидии не оставляла собственных украшений, а всё, что было в пакетах на столе – это вещи. Браслет, кольцо или носовой платок – неважно. Рахиль не теряла ничего из этого, и раз здесь нет никаких образцов днк или волос, ей, наверное, можно выдохнуть. Единственное, что не нравится женщине: если Стайлз сейчас ненароком испортит какую-нибудь улику, не удастся подставить владельца той.
Постарайся в дальнейшем быть внимательнее, – спокойным голосом просит она. Чихуатетео касается плеча подростка. Недостаточно, чтобы причинить боль, но ощутимо, чтобы он понял: сейчас «детектив» обратится не с пожеланием. – Не ронять важные улики и не заходить за те двери, куда стажёрам нельзя, договорились? – своими побелевшими пальцами едва ощутимо надавливает на плечо Стайлза, чтобы он понял: эта, на первый взгляд, безобидная просьба является почти что приказом. Рахиль не будет точно так же добра, как и сейчас, если ситуация повторится.
С Пятницей? – в усмешке переспрашивает она. Гэбриэл не делился с альфой своим прозвищем, хотя будь на его месте сама «Лиз», она бы тоже не стала рассказывать, что кто-то зовёт её Пятницей. Если агент вообще знает об этом. – Да, немного, – решает признаться жрица, когда понимает, что уже прокололась. Не стоило ей спрашивать о Воне, они даже не успели толком продумать, как общаться друг с другом, что следует говорить при свидетелях, а что нет. Это неудивительно, у стаи чихуатетео было меньше недели, чтобы узнать, что труп обнаружили, и как-то подстроиться под расследование. – Мы познакомились в Вашингтоне, – альфа решает приоткрыть завесу тайны и выходит со склада. – Я тогда была в отпуске, но не смогла пройти мимо, когда город пестрил листовками о пропавшей студентке. Ты, наверное, даже не слышал об этом деле, его быстро замяли, – она сходит на шёпот, якобы не хочет, чтобы коллеги услышали, о чём говорит со стажёром. – Агенту Вону не понравилось, что я влезла не в своё дело, но со временем он остыл. Знаешь, детективы порой бывают чертовски любопытными. И это наше преимущество. Не обижайся, Стайлз Стилински, но ФБР всегда пропускает всё интересное. Им нужен результат – подозреваемый или даже убийца. А вот нам понять его мотивы, не просто кого-то закрыть за решёткой, а наказать виновного в убийстве невинной девушки, которой ещё бы жить да жить… – заканчивает на выдохе и трясёт головой, будто бы сожалея о смерти мисс Мартин. Всю свою речь Рахиль записывает на диктофон, который включила на телефоне, ловко юркнув ладонью в карман пиджака. Своим лживым знакомством с агентом Воном необходимо поделиться с ним самим, и жрице самым лучшим кажется именно такой вариант: отправить ему аудиофайл.
Так что когда узнала, что этим делом тоже заинтересовались в ФБР, решила связаться с Воном. Я могу быть очень настойчивой и убедительной. Благо, за это ещё не отобрали значок, – чихуатетео подмигивает подростку и ведёт его вдоль череды детективных столов в небольшое помещение, представляющее собой жалкое подобие кухни: никакой тебе плиты, всего один нож и пара тарелок, зато чудесная кофеварка. Кто бы знал, как Рахиль сложно притворяться этой жизнерадостной мисс Кларк. Ей не хочется улыбаться стажёру и быть милой с ним, ведь какая в этом выгода? Женщина может найти отговорку, разве это сложно для детектива? Но тогда Стайлз будет один разгуливать по полицейскому участку и снова может забрести не туда. Нужно ли поощрять подобное любопытство, что вполне может грозить Рахиль разоблачением?
Вода или кофе? – она обращается к парню, доставая из настенного шкафа две кружки.

+1

7

Стайлз запоминает каждое слово, сказанное Элизабет. У него уже к ней куча вопросов, а так же некоторые её слова кажутся подозрительными. В его голове словно что-то зудело, не давая сосредоточиться и вспомнить нечто важное, что-то, что он отложил давным-давно в за кромки сознания. Только вот что именно, он никак не мог понять. Стайлз был абсолютно уверен, что никогда прежде не встречал эту женщину, но почему тогда ему упорно кажется, что где-то её имя всё же мелькало? Мысленно он пытается построить логическую цепочку, но останавливается пока на том, что агент Вон мог говорить что-то о ней, а Стайлз случайно подслушать. Такое часто бывало, ведь ему необходимо всегда быть в курсе всех событий, а в рассказах часто можно было услышать незнакомые фамилии и имена разных мужчин и женщин. Оставалось только вспомнить при каких обстоятельствах это происходило.

- Нет, я вовсе не это имел ввиду! Я вообще всячески поддерживаю движение феминисток и считаю, что у каждого есть своё право голоса. - распыляется Стайлз, догадываясь, что задел чувства женщины. Только вот вряд ли получится так просто спустить это на тормоза. Здесь нужен более весомый аргумент и у него он был. - Я только хотел сказать, чем конкретно интересуюсь я и ни в коем случае не хотел кого-то задеть. Нет, я на такое не способен. - он поджимает нижнюю губу, выставляя руки вперед ладонями в примирительном жесте и качая головой. - Джип? Интересно, а какой? У меня тоже джип, достался мне от моей матери. Много бед повидал, бедняга, но всё ещё на ходу! - только весь этот театр и уход от основной проблемы прекращается, когда она вновь поднимает тему того, зачем он сюда прибыл. - У меня проблемы с испанским и я искал туалет, а случайно забрел сюда. Ну и подумал, что в конце комнаты точно есть туалет. Вот у нас дома был. Это же логично, да? Всем надо в туалет, а тут раз и сходил не уходя далеко от рабочего места. - он пожимает плечами, говоря это так, будто рассказывал что-то такое обыденное и всем известное, под дельно удивляясь, как такое вообще можно было не знать. - Но я постараюсь быть аккуратнее, да. Обещаю. - завершает своё представление Стилински, лишь бы скорее отойти от этой темы. Она видела браслет, а значит обязательно расскажет об этом Вону. В голову приходила лишь одна мысль - надо стащить браслет у Дженнифер и подложить в пакет с уликами. На секунду он даже замирает от мысли, что когда-нибудь точно закончит свою жизнь за решеткой.

Рассказ детектива окончательно путает Стайлза, он даже немного морщится в недоумении, следуя за ней и чувствуя облегчение от того, что его не поймали. Но вот плечо всё ещё болело, после "добродушного" сжатия. Может даже и синяк останется, откуда у неё столько силы? - Не-ет, я не слышал о таком деле. А когда это было? - умышленно уточняет Стайлз, чтобы сопоставить даты своего прибытия в Вашингтон и их знакомством. Ему всегда казалось, что он в курсе всех дел ФБР: законно или нет - не важно. Главное - в курсе. А сейчас, слыша эти слова от детектива, Стайлз буквально чувствует пинок под зад и утешает себя тем, что когда это происходило, он был ещё в Бикон Хиллс. В чем-то она конечно была права по поводу действий ФБР, от чего он задумчиво кивает головой и чуть хмурится. Ему так хочется раскрыть спор на эту тему, но он сдерживает себя - не на роком можно и проболтаться о чем-то ненужном, а потом заиметь проблем. Оно ему надо? Определенно, нет.

- Кофе, без ничего. - отвечает через пару секунд Стайлз, понимая, что без бодрительного напитка не продержится до появления агента Вона и других ребят. - А как вы оказались в Мексике? - внезапно, даже для себя спрашивает Стилински, окончательно запутавшись в своих мыслях. Вот бы сейчас листок бумаги и ручку - тогда бы он смог разложить всё по полочкам в своей голове. - Извините, но фамилия и имя явно не мексиканского происхождения, хотя вот с внешностью я бы поспорил. - протягивает стажер, совсем забывая о такте. Ему всегда удавалось быстро сходиться с людьми, распалагать их к себе, но порой забывал о том, что не всем нравится становиться лучшими друзьями через десять минут знакомства. Понимает он это лишь тогда, когда ловит нервный взгляд Элизабет на себе и проглатывает подкативший ком к горлу, принимая стаканчик с кофе и кивая в знак благодарности. Есть в ней что-то зловещее.

+1

8

Рахиль внимательно наблюдает за каждой эмоцией на лице Стайлза, каждым его действием, вслушивается в каждое слово. Это чересчур непривычно для альфы: кажется, что студент боится её, но не потому, что прознал об истинной сущности и желает сохранить свою жизнь. Он боится задеть чувства этой якобы хрупкой внешне и такой ранимой внутренне женщины. «Дурацкие стереотипы», «детективу» хочется закатить глаза до самого потолка или приложить эту стереотипную голову напротив о ближайшую стену. Она сдерживается изо всех сил, ведь не готова так скоро лишиться прикрытия.
Простенький синий джип марки Range Rover, – Рахиль решает поступить мудро: закрывает предыдущую тему, будто её и не было, и переходит к более приятной. Или, по крайней мере, не выводящей из себя. Жрица не против разыграть новую карту в своём хитроумном плане и немного рассказать о машине Элизабет. В конце концов, это не имена родителей или номер социального страхования. Здесь ошибиться сложно, и вообще чихуатетео может наплести всё, что придёт в голову. Кто в действительности станет проверять, как ей достался джип? – Тоже подарок, но не от матери, – продолжает она в лёгкой улыбке. – Порой самые верные друзья не люди и даже не животные, а наши автомобили, компьютеры или пистолеты, – добавляет в усмешке. «Или покойные боги. Или любимый кинжал», мысленно продолжает перечислять Рахиль. Ей никогда не нравилось попусту тратить время и выполнять лишнюю грязную работу. Правильно использованный кинжал подходил для убийств альфы, избавлял её от лишних манипуляций вроде перекачивания крови, отвлечения и потери сознания жертвы. Парочка ловких заученных взмахов, и кровь стекала прямо в ведро.
Ты оказался близко к нужной двери. Очень близко. Она соседняя со складом улик, как раз-таки подходит для тех, кто «тонет» в расследовании, – Рахиль трясёт головой, чтобы отогнать от себя мысли об убийствах. Она совершенно не против вспомнить былые приключения и вёдра крови, которыми упивалась, но сейчас это отвлекает от разговора со стажёром. – Знаешь, я поговорю с местными копами. Предложу им продублировать все таблички на английском. Не знаю, почему этого не сделали до сих пор, особенно ввиду нынешнего расследования, – прищурившись, размышляет «детектив». Как минимум, пять человек прибыли сюда из Америки – лже-Элизабет, агент Вон и три студента. А первой из них и вовсе необходимо скрывать, что прекрасно знает испанский, либо придумать правдоподобную историю, откуда женщина, рождённая в Техасе, где провела половину жизни, перебравшаяся в Новый Орлеан, а чуть позже и вовсе Бикон-Хиллс, чувствует себя среди мексиканцев как дома. Может, списать всё на близкое расположение «родины» к Мексике? В этом даже был смысл.
Около двух лет назад, если ни больше, – жрице понадобилось около трёх минут прежде, чем выдать Стайлзу уверенный ответ. Ведь каждое слово потом могут использовать против неё, если окажется, что два года назад детектив Кларк была на другом конце Земли. Но эта история, кажется, пока что сходилась: Америку Лиз не покидала, и кто знает, по каким городам её помотало? Сегодня здесь, завтра там, машина и сбережения позволяли. – Я стараюсь не вспоминать об этом деле, ведь из-за своего напора и любопытства чуть ни лишилась работы, – альфа готовит пути к отступлению, заранее находит себе оправдание, если окажется, что подобное расследование проводилось вовсе не два года назад. Или не проводилось вообще. Рахиль слышала об исчезновении студентки всё в том же Вашингтоне и, кажется, от самого Гэбриэла, но сейчас вспоминала историю второпях.
В Мексике? – переспрашивает она, разливая горячий и крепкий кофе по двум кружкам. – Ты прав, я родилась не здесь, а в Техасе. До него отсюда не так уж и далеко, но впервые приехала в Мексику всего месяц назад. Таким, как я, сложно спланировать отпуск и не сорваться к новому делу, но, наконец, шанс появился. Решила посмотреть Мехико, мексиканские пустыни, отдохнуть от серости Вашингтона и американских дождей. Но оказалось, что детективу сложно долго просидеть без работы, поэтому вот она я снова в участке, – на губах чихуатетео до сих пор улыбка, пусть и порядком выдавленная да нервная. Ей не нравится это ощущение. Будто женщину сейчас допрашивают, а она даже не с коллегой говорит. Протягивает бодрящий напиток Стайлзу, а сама разворачивается спиной к ближайшей тумбе и упирается об неё.
Скажи, Стайлз, чисто между нами, – сходит на шёпот. – Уже есть теории о том, от чьих рук или как погибла эта девушка? Наверняка есть, у юных гиперактивных студентов всегда много теорий, – Рахиль подмигивает стажёру. Ей чертовски интересно, на верном ли пути расследование стажёров. Подозревают ли они, почему тело Лидии обескровлено. И чему верят больше: мистике или здравому смыслу. Ведь кому нужно выкачивать из человека всю кровь? Только какому-нибудь монстру, что позже жидкость использует.

+1

9

Похоже тема феминизма была неприятна не только самому Стайлзу, но и его собеседнице, которая ловко свернула тему, переключив её на другую. Легкая улыбка скользнула на его лице, чувствуя облегчение внутри. Хорошо, когда женщина на этом не зациклена, ведь в противном случае ему бы пришлось вспомнить кучу ненужной информации и доказывать, что он вовсе не враг. Такое себе дело, если есть вещи куда важнее. Например, браслет, что сейчас находился в его ботинке и из-за неаккуратной ходьбы менял своё место положения, то и дело втыкаясь парню в ногу. Стайлз морщится, слушая детектива и пытается незаметно встряхнуть ногой, ведь если Элизабет заметит, то проблемы могут быть куда больше, чем исключение из университета. Нет, он не собирается из-за своей неаккуратности попадать за решетку и лишаться будущего. Я вытерплю. Чтоб его, этот браслет. Марка машины детектива была ему знакомой и относилась далеко не к самым дешевым видам, от чего он поджимает нижнюю губу и оценивающе кивает головой. Нет, зависть его не душила, ведь свой родной джип он ни за какие деньги не поменяет.

- Хорошие у вас друзья, однако. Не каждый может позволить себе джип такой марки. - не может не отметить вслух Стайлз. - О да, не могу не согласиться с этим. Выручает чаще, чем друзья. - с доброй усмешкой отзывается парень, вспоминая всё то, что пережил со своим джипом. Он никогда не сможет забыть, что самый простой, казалось бы, джип, спас ему жизнь в прямом смысле этого слова. Ведь только там ребята смогли услышать его, будучи похищенным в Дикой Охоте. Тогда, зная, что Всадники придут именно за ним, он оставил Лидии самое дорогое, что у него было и ей удалось найти его, удалось вспомнить. А что мог он? Сам он никак не смог помочь избежать её гибели и спасти, а чувство вины за это никогда его уже не покинет.

- Вот я же знал, что совсем близко! - с наигранной досадой, качает головой Стилински. Если начал играть, то играй до конца. - Вообще странно, что их не сделали раньше. Думаю, местные копы знали, что ФБР заинтересовалось этим делом и приедет сюда. Обязательно поговорите! - он даже немного хмурится, дабы казаться более убедительным. Пусть ему и удалось найти с этой женщиной общий язык, проще жить от этого не стало, а неприятные ощущения никуда не исчезли. Сейчас Стилински готов был поклясться, что будь здесь и Скотт, то отозвался об Элизабет "приятная женщина", а самого Стайлза упрекнул в его извечном недоверии к людям. Но разве он когда-то ошибался? Редко, очень редко. Поэтому эту самую женщину, он будет держать на виду и узнать о ней максимально всё.

- А, ну тогда понятно, почему я не слышал об этом деле. - он делает акцент на "я", как бы намекая, что мимо него обычно ничего не проходит и он всегда старается быть в гуще событий. - Тогда я... - в голову упорно шла проблема с Призрачными Всадниками, но осознание того, что перед ним стоит далеко не друг, заставляет его замолчать и сделать глоток кофе, но так быстро, что он обжигает себе кончик языка. - Иу! - вскрикивает и тут же морщится, чуть приоткрывая рот и пытаясь хоть как-то сделать ощущения менее болезненными. - Два года назад я только заканчивал школу. - наконец продолжает свою историю Стайлз, когда боль стала менее ощутимой. - Зато в свой первый год обучения мне уже удалось возглавить операцию и спасти одного человека! - не может не похвастаться парень, забывая упомянуть о том, что это его спасли, а не он. - Но почему детектив? Судя по вам и вашим рассказам, вы вполне тянете на агента ФБР, неужели агент Вон не смог подсобить подруге? - он подмигивает, как бы намекая, что наверняка у них далеко не просто дружеские отношения, раз агент Вон так пылил.

- То есть вы были только в Вашингтоне? Помимо Мексики. - окончательно допытывается Стайлз у детектива, пока она открыто отвечает на вопросы с улыбкой. Пусть внешне и не было заметно, но внутри его буквально трясло от этого самого разговора. Он ведь вообще не верил, что она начнет отвечать на вопросы, а не отправит его обратно в гостиницу или ещё куда. Но не зря же говорят, что наглость второе счастье. И, пока так везёт, надо наглеть.

Он буквально передернулся от последнего её вопроса, совсем не ожидая его услышать. Теорий ведь действительно было очень много, но все они были связаны со сверхъестественным миром, о котором знает не каждый и лишний раз о котором упоминать не стоит, особенно, после Монро и её шестерок. Не хватало чтобы ещё и в Мексике все схватились за оружие, которого здесь было более, чем достаточно, и устроили кровавую бойню номер два. Нет, такая перспектива совсем его не радовала. Да и неизвестно было, как сама Элизабет отнесется к этому. Пока она не друг, он говорить ничего не станет.
- Теорий всегда много, вокруг странных дел, вам ли не знать этого - опыт-то больше. Могу сказать, что мнения разделились между фанатиками с их ритуалами и серийном убийце, которому отказали в донорстве. - эти два варианта он говорит очень быстро, придумав их только что. Разве может он ей сказать, что подозревает какое-то неизвестное им прежде сверхъестественное существо, которому по каким-то причинам нужно столько крови? Вот именно, не может, ведь в противном случае он вылетит со стажировки или попадёт в психиатрическую больницу. А, вспоминая Эйкен Хаус, во второе место попадать совсем не хотелось. - А у местных, есть догадки? Не проделки же это русских шпионов. - он наигранно смеется, делая глоток кофе и отводя взгляд чуть в сторону.

+1

10

Да, неплохие, – отзывается жрица в улыбке. Ей с трудом верится, что честному детективу под силу заработать на такую машину. И дом. Тот неплохой, вмещающий, как оказалось, целую стаю чихуатетео дом, которым Элизабет владеет в Мехико. Та потеряла родителей ещё в юности – это узнать было достаточно просто, и едва ли с умом распоряжалась их сбережениями. Впрочем, Рахиль это даже нравится: ей не приходится ютиться в какой-нибудь квартирке с тараканами или мотеле. Ей даже нравится путешествовать по городу на джипе мисс Кларк, хотя собственные ноги с капелькой сверхъестественной скорости куда быстрее.
С пару минут альфа молча улыбается Стайлзу. Не может же она признаться, что привыкла передвигаться по городу совершенно иначе, и именно сверхъестественные силы выручают её, а не какой-то автомобиль. Женщина не хочет врать настолько масштабно, потому что если им придётся встретиться со стажёром ещё не раз, он заметит одну любопытную деталь: на парковке участка не встретишь голубой джип, которым так хвалится детектив.
Ещё через секунду Рахиль усмехается. Слова парнишки вызывают сомнения, о которых она решает не говорить. Наблюдать за тем, как он выкручивается и врёт, всё же забавно, да и какое «детективу» дело, что на самом деле Стайлз забыл на складе, если улик против неё там нет? Это знание порядком успокаивает, и жрица мысленно даже благодарит любопытного студента за появление. Ведь если бы ей не было, от кого пытаться скрыть свою причастность к делу Лидии Мартин, Рахиль бы с меньшим вниманием рассматривала улики. И, не дай Тескатлипока, могла бы что-то пропустить.
Может быть, местные решили поиздеваться над ФБР, – пожимая плечами, предполагает она. – Ни одному детективу не нравится, когда в дело вмешиваются федералы или, ещё чего, забирают почти раскрытое дело себе, – альфа усмехается. – Ну, это не нынешний случай, но… Я бы не была так уверена в радушном мексиканском приёме, – ещё раз пожав плечами, договаривает Рахиль. Она не может допустить, чтобы местный участок и ФБР сплотились. Ведь тогда, как бы ни старался агент Вон, шансы служителей закона узнать правду и найти убийцу Лидии возрастут. А вот если посеять в «команде» раздор… Судя по рассказам всё того же Вона, обычно копы работали с ним неохотно и даже рвались сокрыть какую-то информацию, доказать свою самостоятельность и раскрыть дело раньше ФБР. Такое глупое соперничество сейчас могло сыграть жрице на руку.
И она всё больше убеждается, что сыграет. Стайлз не похож на человека, что любит или просто привык проигрывать. Возможно, он относится к этому делу чересчур серьёзно или наоборот – недооценивает. Одно дело приходить на лекции или возиться с документами, а совершенно другое лицом к лицу столкнуться с преступником. Интересно, что паренёк стал бы делать прямо сейчас, услышь от Рахиль такое честное, но внезапное «это я убила Лидию Мартин»?
Либо ты очень убедителен, либо юрок, что уже в первый год обучения возглавил операцию и кого-то спас, – она отмечает это почти без издёвки. Ведь, наверное, такие успехи стоят уважения. Не Рахиль, но кого-нибудь другого. Больших сил ей стоит не съязвить и не спросить Стайлза, ту ли он выбрал профессию. Ведь работа в полиции, в ФБР – это не всегда спасение чьей-то жизни. Большинство дел начинается с убийства, и, поймав преступника, сделанного им уже не изменишь. Неужели копам так греет душу мысль, что они спасают кого-то мнимого и перспективного, а то, что было раньше – не столь важно?
Рахиль сочувственно поджимает губы и спешит налить в одну из пустых кружек с полки холодную воду, которую тут же протягивает своему собеседнику. Пусть и ненадолго, но это поможет его обожжённому языку.
В ФБР всё слишком строго для меня, – уклончиво отвечает чихуатетео. – Ну, знаешь, речь не о строгих костюмах, а подходе к делу. От агентов требуют галочки рядом с «дело раскрыто» и того, на кого бы всё было можно повесить. Не всем важно, настоящего ли преступника они поймают, главное – обвинить хоть кого-то. Но как же разобраться в его мотивах? В участке важен сам процесс, участие, наказание виновного. А ФБР... Они не чувствуют город и людей, с которыми работают, так, как это делают в участке. Тебе никогда не казалось странным, что агенты «слетаются» на горяченькое? Когда расследование в самом разгаре и детективы приближаются к разгадке. Остаётся всего лишь сложить все кусочки, найденные другими, в единую картинку. Но, стоит признать, ресурсов у ФБР куда больше. Это бы могло подкупить меня в своё время, но не сейчас. Не после стольких лет работы, – сейчас не столь важно, что по этому поводу сказала бы настоящая Лиз. Никто не станет сравнивать их ответы. К тому же, Рахиль не кажется, что её «прикрытие» глупа настолько, чтобы каждому встречному разбалтывать всё, что они потребуют. И если мотивы Кларк обманщица не угадала, её слова звучат вполне себе убедительно: так же бы ответило большинство детективов.
И в Техасе, – напоминает альфа о «своём» родном городе. – Я не часто путешествую, – ей и вовсе казалось, что Элизабет от чего-то бежит. Или за кем-то? Вполне возможно, что Кларк  из тех, кто не любит задерживаться надолго на одном месте, но это проблематично с её профессией: каждый раз переводиться в новый участок, сыскать расположение коллег и капитана, а потом вновь всё бросать. Жрица бы поверила в эту ветреность, не иди речь о человеке, которого успела изучить за месяц.
Признаюсь честно, опыт в странных делах у меня небольшой, – она пожимает плечами. – В основном приходилось иметь дело с кражами, похищениями и убийствами не таким… Неординарным способом, как обескровливание, – Рахиль поджимает губы. Это её шанс – отмахнуться от знакомства со сверхъестественным миром. Нельзя вот так просто заявить о вере в первую теорию – о ритуалах. Тем более, что женщина пытается свести подобные подозрения на «нет», а не подкреплять их же.
Тело Лидии Мартин – пока что единственное, найденное в Мехико с такой… Необычной характеристикой, – замечает она. – Мы бы услышали и о других, будь это дело рук какого-нибудь маньяка. Впрочем, не стоит отметать вариант, что о новых жертвах ещё услышим. Не всегда везёт найти их в день убийства, – альфа и сама делает в разговоре паузу, возвращаясь к поглощению кофе. Ей необходимо выбрать, в какую теорию якобы верить самой. И, наверное, стоит быть чуть честнее, чем хочется. Чтобы потом, если вдруг правда начнёт всплывать, в верности детектива справедливости было сложно усомниться, ведь её теории окажутся близки к разгадке. А зачем преступнику так себя подставлять?
Сначала стоит пройтись по списку тех, кто был знаком с жертвой. Либо это хладнокровная месть, либо проделки какого-то сумасшедшего. Не представляю, кому могла понадобиться вся кровь из человеческого тела, буквально до последней капли. Я слышала, в лаборатории даже толком не могут провести тесты, чтобы узнать, нет ли подозрительных веществ в крови жертвы. Алкоголь, наркотики – мало ли, как её привели в тот переулок, – тяжело выдыхает. – Совсем скоро в участок должен прийти список с американским окружением Лидии – школьники, студенты, родственники, соседи. В приоритете имена тех, с кем она могла не ладить. Такое не остаётся незамеченным. Если кто-то из них в это же время был в Мехико, есть смысл их проверить. Так же, как и все камеры поблизости. Нам повезёт, если рядом находится заправка, кафе или банкомат. Мы сможем получить картинку от них, – на губах «детектива» слабая улыбка. Она делает скидку на ночь и то, что старалась быть осторожной. А так же качество видео: едва ли на камере банкомата ФБР смогут рассмотреть лицо подозреваемого. Если узнают пол, уже далеко продвинутся.

+1

11

Может показаться, что с каждым произнесенным словом вслух им и его собеседницей он становится спокойнее, но на самом деле это не так. Изнутри его будто прокалывают тысячами иголками одновременно, не давая забить на своё чутьё. Ему было неприятно находиться рядом с этой женщиной, пусть и достаточно умной, знающей своё дело. Её слова о местной полиции заставляют Стайлза смутиться на несколько секунд, но практически сразу он отметает у себя эту идею в голове. Да, он успел заметить, что ему здесь не совсем рады, но разве сможет полиция зайти так далеко? Свою мысль ему не удаётся до конца оставить у себя в голове и он выдает всё как на духу.

- Что? Нет, я не думаю, что полиция может зайти так далеко и убить, а тем более обескровить человека. К тому же они не на столько глупы, чтобы нападать на американку, зная, как штаты будут яро отстаивать права и искать виновника в её смерти. Да и Лидии бы ни за какие деньги не поехала бы отдыхать именно в Мексику, а если бы и поехала, то я бы об этом знал. Договаривает уже про себя Стайлз. Детектив может сказать ему что угодно, но он ни за что не поверит, что виноваты обычные люди. Ему уже доводилось сталкиваться со сверхъестественным и может поспорить на свою жизнь, что и здесь не обошлось без этого. Тем более, зная, как Лидия хорошо развила свои способности за последний год, обычному человеку вряд ли было бы такое под силу. - Нет, это определенно не они. Да, они могут помешать расследованию, не сказать какие-то факты, но точно не убить и точно не так. - и тут Стайлз понимает, как подозрительно звучат его слова и как сильно он уверен в них. Необходимо снять все подозрения с себя и ему в голову приходит следующее. - Слишком большая заморочка, лишь для того, чтобы помешать ФБР делать своё дело. Хорошо, что нас здесь четверо. - он ехидно улыбается и дважды приподнимает брови, словно пытается приободрить Элизабет и как бы говоря "не беспокойся, мы обязательно разберемся в этим странным делом". Ему очень приятно слышать подобные слова от незнакомого человека и Стайлз принимает их за своеобразный комплимент, улыбаясь во весь рот на столько, на сколько позволял это сделать обожженный язык, после чего хватает предложенную холодную воду и выпивает стакан практически залпом. Почувствовав приятный холод в горле и то, как жар спадает с языка, он облегченно выдыхает. - Спасибо. Скорее, и то, и то. Я стану лучшим агентом ФБР, что когда-либо видел этот свет, не сомневайтесь в этом. - жестом руки большим пальцем вверх он тычет на себя и улыбается во все тридцать два зуба. Часть его делает это умышленно, на случай, если его чутье всё же окажется верным и она как-то причастна к случившемуся - пусть знает, что есть ещё люди, честно выполняющие свои работу; вторая же часть была на самом деле приятно удивлена услышать подобный комплимент.

Улыбка сменяется серьезностью, когда речь заходит о раскрытых делах. Подобный факт смущал его ещё в Бикон Хиллс, когда зарплата отца страдала, если дело считалось не раскрытым, а их было достаточно, пока Скотта не укусил бравый представитель Хейлов. Эта система ему всегда не нравилась - нельзя же вешать вину на первого встречного и их городу повезло, что у них честный шериф - его отец - а не какой-нибудь мерзкий тип, желающий повысить свою репутацию за счёт невиновного. В этом месте система давала огромную трещину, которой пользовались как представители власти, так и сами преступники. - Не все агенты такие, среди полиции тоже можно встретить подобных. Но разве о мотивах преступника не должны задумываться криминалисты? Да и ни какой мотив не сможет оправдать убийцу. Всегда есть ДРУГОЙ выход. И я не думаю, что ФБР слетается, как вы говорите, на "горяченькое", скорее, они приходят туда, где их помощь и ресурсы необходимы, когда сама полиция не может справиться. - интонацией подчеркивая слово, он незаметно для себя начинает вновь злиться на виновника в смерти Лидии. Действительно ли было так необходимо её убивать? Чем и кому она могла так помешать? Ещё парочка тех самых вопросов, что всплывали в его голове. Стайлз пытается отогнать подобные мысли, полностью сосредоточившись на детективе, так и не притрагиваясь к кофе, как только обжег язык. - Значит, бывали только в Техасе до Мексики? Как вообще вас сюда занесло? - он скрещивает руки на груди, продолжая держать стаканчик и чуть сузив свои глаза, словно подозревает её в чем-то. Не красиво с его стороны, но в этом весь Стайлз. Слушая Элизабет, он продолжал кивать головой и неосознанно вспомнил Скотта с его способностями, было бы весьма кстати прослушать её сердцебиение на наличие лжи. - А что есть местная полиция скрывала подобные убийства, потому что до этого случая были лишь жители Мексики? Эта теория мне кажется наиболее правдоподобной. Ну или кто-то за них их скрывал. - пожимает плечами студент, после чего делает глоток кофе. Он не верил, что именно Лидия стала первой жертвой непонятного убийцы, как и не верил в случайность её смерти.

Заслышав же о списке знакомых и родственников, Стилински буквально давится кофе и выплёвывает часть наружу. После чего удивленно протирает рот рукой и чуть ли не с открытым ртом дослушивает детектива. Как он мог сам не догадаться, что всплывут списки знакомых? Если узнается, что он был её парнем, что любил её всю свою жизнь, то его могут отстранить от дела, а этого нельзя было допустить. - Агент Вон не сообщал о списках... - задумчиво протягивает Стайлз, пытаясь вспомнить, не упустил ли он что-то. - И когда они должны прийти? Завтра? Послезавтра? Через неделю? - волнение накатывает на него вновь и от этого он начинает быстро говорить. Стайлз не собирался раскрывать своего своеобразного прикрытия, но против этого списка не попрешь. Только если отцу удастся его немного подкорректировать, но зная Ноа, он даже ради собственного сына не пойдет против закона. Такой уж он хороший шериф, во всех смыслах этого слова. - И да, я не думаю, что это кто-то из её недоброжелателей. Слишком глупо следовать в чужую страну, чтобы просто насолить ей или убить. Спокойнее сделать это в маленьком городке, где её смерти точно не придадут огласки, где вряд ли найдут. Нет, это точно не тот случай. - ставит окончательную точку своим мнением Стайлз, отправляя пустой стаканчик из-под кофе в урну рядом.

+1

12

Я не… – сначала Рахиль хмурится, одаряет студента растерянным и непонимающим взглядом, мол, что за ересь ты вообще несёшь? А потом заливается смехом. Ей правда смешно, потому что имела ввиду абсолютно другое, и эти нотки кровожадности в Стайлзе, которые выдали такую ужасающую теорию – это, определённо, любопытно и забавно. Жрица почти что не дала повода подозревать кого-то из участка пока что, а их уже подозревают. – Так, парень, остановись, – пытаясь остановить собственный смех, просит она. – Я имела ввиду табличку на испанском, которая отсутствием перевода вполне может говорить американцам «хэй, ребята, вам здесь не рады, наш отдел и сам бы во всём разобрался». Вот и всё. Никакой интриги, никаких убийств, всего лишь извечная вражда копов и ФБР. Если однажды она и приведёт к чьей-нибудь смерти, это точно будет не американский подросток, – заканчивает в улыбке. Рахиль бы хотелось рассмеяться вновь, и по этой причине она молчит: ещё парочка таких неожиданных ответов Стайлза, и его искренняя вера в то, что говорит, и чихуатетео снесёт к чёрту полицейский участок своим смехом как некогда банши пыталась криком снести её.
Всего на одну минуту отвлекается от реальности и принимается внимательно всматриваться в глаза собеседника. Все жертвы «Лиз» были случайны, и Лидия – не исключение. Вот только ей ещё не доводилось общаться ни с одним родственником или знакомым того, чьей крови испила до самой последней капли. И жрице становится интересно: а придётся ли ей однажды столкнуться с таким? Не окажется ли среди этих четырёх практикантов того, кто был знаком покойной? И не придётся ли контактировать с другими потому, что ты вообще-то детектив, какое-то время проработавший в Бикон-Хиллс? Теперь Рахиль будет выбирать своих жертв ещё внимательнее. Она ведь не думала, что в Мексике можно наткнуться на кого-то из того же захолустья, где когда-то жила настоящая детектив Кларк.
Только не говори этого при агенте Воне, а то его ещё возьмёт зависть или обида, – закатывает глаза. Не нравится альфе это «лучший», режущее по слуху ещё со времён создания своей стаи. И почему каждый человек не пытается быть уникальным, таким непохожим на остальных и успешным в чём-то своём? Все хотят быть лучшими в сравнении с кем-то ещё, и это забавляет Рахиль не меньше того первого умозаключения, к которому ошибочно пришёл Стайлз. Гэбриэл хотел быть лучшим из её бет, потому что у него самые надёжные и обширные ресурсы, а Меган обещала свою преданность до конца. Они не были в этом идеальны, потому что всегда есть, к чему стремиться. Точно так же и Стайлз не сможет стать лучшим агентом ФБР, потому что прямо сейчас на другом конце мира или всего через стену от них кто-нибудь ещё думает точно так же о себе.
Не соглашусь. Детектив опрашивает подозреваемых, чтобы выяснить их мотивы, – склоняет голову набок и тут же качает ей. – Не каждому дано понять и найти этот выход. Ударившись пальцем об угол, начнёшь ли ты говорить «чёрт, угол, вот что ты тут стоишь, давай в следующий раз так не будем»? Или всё-таки обвинишь его на эмоциях во всех своих бедах и отплатишь ударом рукой по стене? А теперь представь, что вывел тебя из себя человек, и слов, которыми можно это до него донести, не осталось. Или ты просто маньяк, которому зачем-то понадобилась кровь своих жертв, – усмехается. В этом убийстве не нужно искать логику, и Рахиль это знает. Перспектива увести по ложному следу к какому-нибудь тайному воздыхателю или ненавистнику Лидии – такая себе.
Слишком много вопросов для первой встречи, Стайлз. Мы ведь не на допросе? – интересуется, прищурившись. Альфе кажется, ни одному детективу не понравится, когда подобие допроса устраивают ему. Тем более, если есть, что скрывать. – Я уже рассказывала, что привело в Мексику. Разве нет? А вот перевернуть старые дела и проверить, не было ли похожих убийств – идея хорошая, – соглашается Рахиль, но скорее для того, чтобы успеть добраться до них первой и уничтожить. Если такие действительно есть. Женщина была осторожна, все тела забирала с места убийств и перевозила в храм, чтобы, как только наберётся достаточное количество, провести новый ритуал. И, кажется, ещё никого забрать не забыла. Кроме Лидии, соответственно.
Осторожнее, – Рахиль хмурится, когда собеседник, решивший допить кофе, выплюнул почти весь свой глоток на пол и умудрился попасть на её туфли. – Чтобы стать хорошим агентом, нужно ловить преступников, а не нападать на мои туфли, – усмехается. – Ещё воды? – предлагает детектив, обернувшись к столику. Эти неуклюжесть и явная обеспокоенность Стайлза продолжают забавлять, но не более. По ощущениям он самый обычный человек, и что такой может противопоставить чихуатетео? Если только на его стороне нет армии охотников или трёх Церберов…
От последней мысли аж передёргивает, и Рахиль спешит отвернуться, якобы ищет графин с водой и наполняет его, так удачно скрыв уже свою растерянность на лице. Всё необходимое она узнает через Вона, не хочет задавать студенту провокационные вопросы и превращать эту беседу в допрос с обеих сторон.
На неделе, – отвечает уклончиво. Слышал бы сейчас Стайлз, с какой силой бьётся его сердце. Громче, чем могли бы кричать жертвы альфы. Чаще, чем они пытались сделать напрасный вдох или отбиться. – Говоришь так, словно знаешь покойную, – как бы невзначай замечает «Элизабет». Она не рассматривает такую теорию всерьёз, всего лишь шутит, потому что доказательств нет, но не отказалась бы посмотреть на реакцию. Если Стайлз и знал Мартин, он выдаст себя сам. – Может быть, у неё были свои тёмные тайны и веская причина, из-за которой кому-то следовать по пятам в другую страну и убить именно здесь – не такая уж и глупая версия. Может быть, она от чего-то или кого-то бежала, но, как мы видим, всё-таки не удалось. Не списывай со счётов и таких убийц, которым нравится внимание прессы и общественности. Они ловко прячут те улики, что приведут именно к ним, но оставляют само тело. Мол, посмотрите, какой я неуловимый, убил снова и продолжу, и никто не сможет меня поймать. Обычно они прокалываются на мелочи, и убийцу находят. Именно поэтому нужно проработать каждую версию, не упустить ничего, потому что в итоге может оказаться, что упущена самая важная деталь, – пожимает плечами. Рахиль уже тошнит от того, какие серьёзные беседы здесь ведёт. Ей нужно было создавать видимость реальной работы в участке, но как же жрица надеялась, что выйдет отсидеться в сторонке, договориться с Воном и получать всю информацию о ходе расследования, при этом оставаясь в тени. Сама бегать по ложному следу Рахиль не собиралась. Копаться в бумагах и заполнять отчёты – упаси боже.
С таким везением тебе лучше не пить кофе или всегда носить с собой бутылку воды и пачку салфеток, – замечает, протягивая вместо нового стакана бумажную салфетку. – Постарайся больше не путать комнаты, а если хочешь ещё осмотреться в участке, лучше попросить кого-нибудь себя сопроводить. Тут где-то бродили патрульные, которым было нечем заняться, – и она действительно таких видела, когда заходила в здание. Ну, не уверена, без дела ли ходили патрульные, но на вызов явно не спешили. – А я как раз сверю этот случай со старыми делами. В архиве, куда тебе пока что нельзя, – напоминает, чтобы Стайлз, не дай бог, не увязался следом. Рахиль не нужны любые свидетели или спутники в таком деле, тем более – чересчур любопытные и наблюдательные.

+1

13

Как же неловко ощущает себя сейчас Стайлз. За всеми своими переживаниями и мыслями о расследовании он потерял нить разговора, позабыв о своём прикрытии, когда его застали в хранилище улик. Как опрометчиво с его стороны, что лишний раз подтверждает ему самому о том, как сильно по нему ударила смерть Лидии. И, если в этот раз такая ошибка обошла стороной и превратилась в шутку, то второй раз можно получить себе не малых проблем. Надо срочно брать себя в руки, вот только как? Неловко проводя рукой по собственному затылку, Стайлз издает короткий смешок и закатывает глаза.

- Эта практика совсем вскружила мне голову. - натягивает улыбку, моля всех знакомых ему богов сделать так, чтобы женщина ему поверила. - А табличку действительно надо сделать. Ладно, это я попал туда невзначай, а если кто-то посторонний? Проблем будет предостаточно. - многозначительно кивая головой, изображает обеспокоенность Стилински. Это единственное, что он может сейчас сделать и отвести от себя взгляд.

- Кажется, поздно. Я уже не раз говорил это при нём. И да, вы правы, реакция у него была так себе. - расплывается в улыбке от воспоминаний их первого знакомства. Выглядело довольно забавно, учитывая контрастность их темпераментов. Вообще, в этом плане Стайлза всегда удивляли агенты ФБР, такие угрюмые и все из себя важные. Ему всегда было интересно, они были такие по жизни или с ними это сделала служба? Если второе, то Стилински ни за что не даст себя превратить в подобного агента. Он уверял себя раз за разом, ещё во время учёбы, что останется таким же оптимистичным и неугомонным подростком. Сейчас эта вера начинала пошатываться, узнав второй раз в жизни, что такое терять по настоящему близкого человека. Нельзя не отметить, что в их сверхъестественной жизни он потерял много знакомых, но они никак не повлияли на его жизнь, не так больно их было терять. Жалко? да, но не более. Эллисон, Эрика, Бойд, Бретт и многие другие, а самое печальное, что список этот продолжал расти. Единственное, что его ещё хоть как-то держало на плаву - вера, что как только он станет настоящим агентом ФБР, сможет оборвать этот чёртов список. А пока придётся затянуть потуже ремень и делать всё, что в нынешних силах.

- Я всегда думал, что детектив нужен, чтобы кого-то найти. - пожимает плечами с безобидным лицом. Он не хочет обидеть детектива, лишь высказывает своё мнение на этот счёт, раз уж они начали говорить на чистоту. - Мне кажется не рационально сравнивать угол и убийства... - начинает перебивать детектива, но умолкает, представляя сказанное ею. О, если бы она только знала, как вывел его из себя убийца Лидии, да и не только вывел, а выбил из колеи. Стайлз не хотел признаваться даже себе, но всё же в его голове всплывали моменты, на тему "что я сделаю с убийцей, когда найду". Благо, ему удавалось их прятать в глубине души, как от оставшихся близких, так и себя самого. - Надо просто устранить этот самый "угол" и тогда все проблемы решаться сами собой. - надо быть полным глупцом, чтобы не понять аналогию Стилински. На вопрос же детектива о допросе, лишь улыбается уголками губ и коротко отвечает "нет".

- Пожалуй, хватит с меня на сегодня жидкости. - отказывается Стайлз, мотая головой. Это был один из самых худших его кофе брейков и продолжать его он не горит желанием от слова совсем. Находится в компании этой женщины ему крайне неприятно, а браслет, то и дело впивающийся в ногу, усугубляет ситуацию многократно. Он уже готов сказать, что ему пора бежать к остальным ребятам, дабы не спалиться, что пробрался в участок заранее, как слова детектива о их знакомстве буквально приколачивают его на место. На неделе. Эхом отзывается в его голове, зарождая бурный поток мыслей и вариантов, как ему лучше сейчас поступить. Сказать правду? Он не настолько ей доверяет, чтобы так просто рассказывать о себе. Довериться отцу? Он никогда не пойдёт на преступление, особенно в последние год своей службы шерифом. Последний, кто приходит ему в голову - отец Скотта. Он помог ему попасть в университет, он знает о сверхъестественном мире и должно же остаться в нем что-то хорошее. Должно же? Стайлз уже перебирает в голове возможный телефонный разговор, его просьбу подделать список и сотню аргументов за то, чтобы мистер МакКолл сделал это. - Тяжело быть эмпатом. - кривит улыбку, отмахиваясь от легкого нападения Элизабет. Ему крайне неприятно слышать её предположения, но он понимает, чтобы не выдать себя, должен выстоять до конца и не начать пререкаться с ней. И, слушая её стиснув зубы, он находит за что зацепиться. - Значит, мы найдём эту мелочь и поймаем убийцу. - более спокойно, но не менее раздраженно отвечает Стайлз, стараясь держаться стойко. - О, спасибо. Скоро наша встреча с остальными практикантами и агентом Воном, поэтому экскурсия мне от патрульных всё же не понадобится. Рад был познакомиться и, спасибо за кофе. - выдавливает из себя, после чего незамедлительно покидает женщину и, отойдя на достаточное расстояние, с облегчением выдыхает. Не нравится она мне. Надо будет попытаться узнать о ней больше.

+1

14

Посторонним будет достаточно сложно проскочить дальше входа, – замечает, нахмурившись. – Поверь, пару дней назад на собственном примере я узнала, с какой ответственностью в участке подходят к посетителям. Даже если у тебя есть значок детектива, ещё нужно удостоверение и паспорт, только потом спокойно себе расхаживай по участку. Но английские таблички на двери нужны, определённо, – соглашается Рахиль. Разговор со Стайлзом, растерянность в его глазах и неловкость, парящая в воздухе – хоть какая-то отдушина в этой детективной рутине, в которую пришлось влезть жрице, чтобы оставаться в курсе событий. Она ведь понимает, что для поддержания своей легенды придётся если не заняться всерьёз, то создать видимость того, что увлечена другими происшествиями, или готова не только выезжать на место убийства несчастной мисс Мартин, но и написать этот дурацкий отчёт.
Усмехается, когда речь заходит об агенте Воне. Эту закрытую на тысячу разнообразных замков книгу Рахиль не разгадала до конца до сих пор. С таким упованием бета рассказывал о своей работе, но, в это же время, ради лидера приобретённой стаи был готов фабриковать улики и даже подставить первого встречного, в чём признавался ей сам. И сейчас чихуатетео заглядывает Стайлзу в глаза, чтобы там найти ответ на вопрос «а каким он считает Гэбриела?». Искрятся ли эти глаза верой в своего наставника и обожанием? Мечтает ли юный стажёр стать таким, как агент ФБР? Или понимает, что Гейб что-то скрывает, что он не настолько чист и безобиден, как хочет казаться? Самое главное, чтобы Стайлз не подозревал о страшном обмане, которым пропитались улицыМехико.
Всё верно. Иногда мы ищем убийцу, иногда находим ещё живую жертву. Но от момента, как начинается расследование, и до его закрытия необходимо пройти сложнейший путь: череду сбора улик, подозреваемых, допросов и разъездов по городу, – склоняет голову набок. Альфа могла бы найти ещё много аргументов. Не зря же она решила оставить мисс Кларк в живых: так она узнает о жизни детектива куда больше, чем по бумагам. Только этот разговор становится скучным, и на новую реплику Стайлза Рахиль лишь пожимает плечами. Как и на предложение устранить «угол», хотя для настоящего детектива это, наверное, тревожный звоночек – инициатива самосуда от стажёра. «Лиз», конечно, приходится бросить на собеседника прищуренный неодобрительный взгляд, но в душе она усмехается. Теперь ещё больше интересуется этим сующим нос в незнакомые комнатки подростком и обязательно расспросит Вона при встрече.
И то верно, хватит пить кофе, пора возвращаться к работе, – оба хотели поскорее закончить эту беседу – сложно было бы не заметить и не понять. Рахиль кажется, что ещё немного, и ей откроется желанная истина: либо Стилински что-то скрывает, либо настолько серьёзно подходит к своему будущему долгу и жаждет раскрыть дело смерти американки. Только вот опасно провоцировать стажёра прямо в участке, где и ушей лишних полно, и свидетелей. И сама жрица всё ещё не планирует себя разоблачать. – Обязательно поймаем, – уверяет женщина, кивнув головой. Ох, знал бы Стайлз, как удачно складываются события: убийца прямо перед ним, в участке, не хватает только наручников и официальных обвинений. И никто не узнает, как близко мог быть к разгадке – в этом весь план Рахиль.
Она не знает, пытался ли парнишка надумать причину, чтобы поскорее уйти, или его действительно ждёт агент Вон с ещё парочкой любопытных студентов. Наверное, выяснит это при следующей встрече с бетой – вопросов к нему у жрицы уже хватает. А пока она ещё раз кивает и, склонив голову набок, провожает взглядом Стайлза до самого поворота за угол. Чихуатетео и так противно находиться в настолько непривычной и чужой шкуре добрячки-детектива, поэтому вслед стажёру не произносит совсем ничего. Пусть понимает это, как сам захочет: хоть примет за неуважение, хоть за растерянность, хоть за тревожный звоночек. В голове Рахиль уже созревает примерный план на крайний случай, если Стайлз копнёт слишком сильно и пойдёт по её следу.
И пока этого не случилось, жрица усмехается. Вместе со своей порцией кофе в большой кружке она направляется к отдельному столу, что выделили для приезжего детектива, и опускается на стул. Решает ещё раз пересмотреть материалы открытого дела. Мало ли. Рахиль предпочтёт перепроверить ещё хоть тысячу раз, что ничего не упустила, и разоблачение ей не грозит.

+1


Вы здесь » TW: Bloody Dawn » ЗАВЕРШЕННЫЕ » Might as well be rain